Правда без лицензии - Ксения Кирина

— Мне нечего скрывать ни от вас, ни от Сантуара. Я занимаюсь главным образом овощами — отличный способ законно перевозить вещества вроде этчетамии. Также это позволяет официально привлекать к делу биншш-ит. Никакого вредительства разумным обывателям. Что в этом дурного? А недоумки, которые выбрали для себя разбойное дело и перешли мне дорогу, сами виноваты.

— «Сами виноваты» — скверное оправдание, — не сдержалась Бьен.

— Уж какое есть.

— Хорошо, у вас имеются своего рода нравственные нормы. И вы хотите встретиться с Медеей, чтобы…?

— Договориться с ней. Для начала договориться, и ничего более.

«Договориться». Под этим словом Конрад Альфир мог с кристальной Правдивостью подразумевать что угодно… но Бьен решила рискнуть.

— Что там? Кто там? — нетерпеливо затараторил Рэм, едва сестра вошла в прихожую.

— Подожди-подожди, — попросила Бьен. — Всё… сложно.

— Что сложного-то — сказать, кто там к тебе пришёл?

— Человек, которого стоит опасаться, — после небольшой паузы ответила Бьен. — Я должна сообщить о нём Меде… Мэд.

— Зачем?

— Чтобы предупредить её, — с нажимом сказала веритарчесса.

Несколько секунд Рэм смотрел на неё с недоумением, затем в его глазах мелькнула тень понимания. Пользуясь замешательством брата, Бьен проскользнула в свою комнату.

Медея, с ногами забравшись на кровать, читала книгу и хихикала в кулачок. Бьен со смущением поняла, что в руках хлоссы — «Безвинные в нектарнике».

— Кто бы мог подумать, что такая скромница, как ты, знакома с подобным чтивом! — игриво промурлыкала Медея. — Сколько живу и наблюдаю, на поверку оказывается, что каждая скромница — искусная маска, а тайком под одеялом… — она посмотрела на Бьен, и веселье сбежало с её лица. — Ох, я сказала что-то не то? Извини, пожалуйста, я не хотела тебя обидеть. Тьфу, всё мои дурные манеры. Что-то случилось?

— Твой муж. Он здесь. В нашем офисе.

Несколько мгновений Медея смотрела прямо перед собой, затем медленно проговорила:

— Ты сказала ему, что я здесь?

— Нет. Никто из нас ему о тебе не говорил. Он искал с нами встречи из-за нанятых им рекламщиц. Они сообщили ему о тебе.

— И чего он хочет?

— Договориться с тобой.

— Договориться… надо же. Ладно. Я поговорю с ним, — со вздохом сказала Медея, закрыла книгу и положила её на подушку. — Дальше прятаться нет смысла. Веди.

Весь (короткий) путь до офиса Бьен наблюдала за Медеей, — та держалась спокойно, однако под этой сдержанностью чувствовалась напряжённая работа мысли.

Конрад при виде жены слегка приподнял брови. Бьен догадалась, что его удивил наряд Медеи — платье с завышенной талией и воротничком под горло, из коричневой ткани в мелкий горошек.

— Добрый вечер, ситуайен Альфир, — прохладно-вежливым тоном сказала Медея. Внешне — образец хладнокровия и благопристойности, в глазах — вызов.

— Добрый вечер, мадам Альфир. Прошу вас уделить мне немного времени. Вы позволите нам поговорить наедине? — попросил Конрад, повернувшись к Бьен.

— Конечно. Мы подождём в коридоре, — с этими словами веритарчесса вышла из офиса. Густаву ничего другого не оставалось, как идти за ней.

— Вы уверены? — плотно закрыв дверь, шёпотом спросил он.

— Всё будет хорошо. А вы сомневаетесь?

— Конрад Альфир — не тот человек, которого можно подловить на слабости к женщинам, тем более, — к одной конкретной женщине. И то, кем она является, не играет существенной роли.

— Думаю, в настоящий момент играет, — не согласилась Бьен.

Круадевер промолчал.

Ждать пришлось не так уж долго, но сам факт ожидания словно растягивал каждую минуту до длины целого часа. Бьен заскучала и начала прохаживаться туда-сюда, по-детски пересчитывая, сколько плиток от двери офиса до входной.

Наконец дверь приоткрылась, и Конрад махнул аксиоманту и веритарчессе.

В офисе ничего не изменилось — не считая того, что Медея сидела в кресле, расслабленная и довольная, с румянцем на щеках.

— Ситуайена Грандин, вы не возражаете, если Мэдди поживёт у вас ещё несколько дней? — в лоб спросил Конрад, когда Густав и Бьен вошли в кабинет.

— Не возражаю, — осторожно сказала Бьен и вернулась на своё место за столом.

Конрад достал из-за пазухи чековую книжку.

— Какие у вас расценки?

Бьен хотела сказать, что приютила Медею не из-за денег, но хлосса её опередила:

— Десять граний в сутки и расходы. Я правильно помню? Да, правильно.

— До бала восемь дней… Прибавим ещё выходные, итого десять. И бальные наряды в расходы. Умножаем… Вот такая сумма вас устроит?

Бьен обомлела от количества нулей после единицы.

— Ты хоть бы уточнил, что здесь и на меня немножко! — шутливо попеняла мужу Медея.

Поделённая на два, сумма перестала казаться громадной и стала просто огромной. Даже с учётом покупки бальных нарядов, осталось бы столько, что хватило бы обновить гардероб всему семейству Грандин и оплатить аренду офиса на два года вперёд.

— Бальные наряды? — повторила веритарчесса.

— Элюдэр доложил мне, что ситуайен Круадевер взял два приглашения на бал. Одно для него, второе, очевидно, для дамы — для вас то есть. Я прав? Разумеется, прав. За эту сумму я вас нанимаю, ситуайена Грандин, — без перехода объявил Конрад, указав на чек. — Во-первых, вы нашли и сберегли мою жену, уже это заслуживает награды. Во-вторых, вы втроём — Медея тоже идёт — можете помочь мне загнать чертёжника в угол. Бал-маскарад с соблюдаемыми условиями — прекрасная возможность.

— И для Дессина тоже, — заметил Круадевер.

— Он всего лишь чертёжник. Даровитый, но не очень умелый. К тому же, я не на его стороне. И в-третьих: я хочу попросить вас, ситуайена Грандин, закрепить документ о нашем браке Печатью Правды.

— Я не аксиомант, — призналась Бьен.

— Но вы умеете делать Печати.

— У меня нет лицензии…

— У меня тоже, — ситуайен Альфир осклабился. — Я состою в Кругах. Приличные люди из Общества морщат нос в моём присутствии. Ну так что? Вы согласны? — последний вопрос он произнёс почти утвердительно.

Бьен вместо ответа взяла лист бумаги и принялась записывать соглашение.

Когда она закончила, Конрад ознакомился с текстом, одобрил каждую строчку и Правдиво подписался, после него — Медея, причём с фамилией «Альфир». Густав тоже оставил подпись — как свидетель — и даже вызвался сделать Печати для документа и для чека. Последней своё имя на соглашении вывела