Правда без лицензии - Ксения Кирина
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Та, не отводя взгляда, ровно ответила:
— Если бы кто-то подал жалобу на школу, просветители так бы и сказали. Они никогда не обманывают и не умалчивают причин своих действий.
Бьен ни на что не собиралась намекать, но понимала, что эти слова можно с лёгкостью расценить как намёк.
Мелисса уткнулась в чашку.
— Это верно, — неожиданно поддакнула веритарчессе мадам Марта. — Когда ситуайен Круадевер заключал со мной договор аренды на квартиру, он чётко и обстоятельно отвечал на все мои вопросы. Я даже не стала приглашать веритарчера на заверку документов. Он ведь аксиомант, обманывать не стал бы. Им же от не-Правды плохо. Вы уже познакомились с ним?
— Да, во вторник. Приятный молодой человек. Пусть и немного вольного нрава, но молодые люди сейчас почти все такие, — небрежно (и Правдиво) заметила мадам Катрина.
Бьен и Мелисса уставились на неё.
— О, да! — с готовностью согласилась мадам Марта. — Такой учтивый, обходительный, улыбчивый. Не то что остальные просветители — разгуливают с кислыми минами и сыплют нравоучениями… ни одного в Общество не вытащишь! Но хотя бы ситуайен Круадевер в него вхож, хвала Правде. Жаль только, что он редко появляется на мероприятиях. А как вы с ним познакомились?
— Он сам заглянул в веритарчерство, к Бьен и Рэму. Один раз у нас отобедал, по-соседски, — гордо сообщила мадам Катрина.
— Наверное, ему от вас что-то было нужно, — Мелисса чуть слышно хмыкнула.
— Вкусный домашний обед, — со смешком сказала мадам Катрина. — Ситуайен Круадевер сетовал, что хорошего повара не сыщешь, а в «Букете ландышей» кормят так себе. Нашу еду он всячески расхвалил и всё интересовался яблочными пирогами.
— О чём ещё он говорил? — не отставала Мелисса.
— Ничего особенного… Природа, погода, еда. Про вас обмолвился.
— И что сказал?
— Что договаривался насчёт аренды с мадам Мартой, и всё… Что-то не так, Мелисса?
Мелли дёрнула плечом и не ответила.
— Вы же знаете этих настырных просветителей. Испортили всё настроение своими проверками, — примирительно сказала мадам Марта.
— Ситуайен Круадевер показался немного горделивым, но его манеры за обедом были безукоризненны.
Бьен стало смешно. Матушка великолепно подобрала слова: что бы она по Правде ни думала о Густаве, она ловко это скрыла под Правдивым признанием его поведения за столом.
— Просветители всегда держат себя напыщенно, — проворчала ситуайена Ажитэ. — Эти тоже были чрезвычайно вежливы.
— Думаю, вам не о чем беспокоиться.
— Что скажешь, Бьен? — Мелисса повернулась к подруге. — Есть повод для беспокойства?
— Интересный вопрос, — безмятежно ответила та. — Но я веритарчер, а не предсказатель, и Сантуару не служу. Точно могу сказать, что, если всё сделано по Правде, нет ни одной причины его опасаться.
— Справедливо, — признала мадам Марта. — Будем надеяться, что просветители скоро найдут то, что ищут.
Бьен взяла из вазы печенье, чтобы скрыть тревогу, — ведь слова мадам Марты прозвучали не совсем Правдиво… но что это могло означать?
Мелисса поправила юбку.
— Вчера на чаепитии у Брюизмонтов я оказалась за одним столиком с Коринной дю Патри. Она только и твердила, что ситуайен Круадевер её преследует. Он ужасно её раздражает.
— Значит, преследованиям есть причина, — сказала Бьен.
— Пусть он и просветитель, это не даёт ему права докучать женщине, которая не желает с ним говорить! — вспылила Мелисса.
Отличная формулировка, подметила Бьен. И как рьяно Мелли защищает Коринну, крутой нрав которой всячески подчёркивала!
— Все утверждают, что ситуайен Круадевер редко появляется в Обществе. Что же он сделал, чтобы вызвать у ситуайены дю Патри откровенную неприязнь? Я не вхожа в Общество и не знаю всех обстоятельств, но скажу, что это выглядит несколько подозрительно, — заметила веритарчесса.
— Он слишком много о себе мнит, — отрезала Мелисса.
С этим утверждением Бьен была склонна согласиться, однако не считала это поводом для демонстративной враждебности.
— Ситуайена дю Патри всего лишь не скрывает своего Правдивого отношения к ситуайену Круадеверу, — примирительным тоном сказала мадам Марта. — Каким бы милым и учтивым он ни был, всем нравиться невозможно…
— Он не купюра в сорок граний, — чуть слышно добавила Мелисса, чем привлекла внимание своей матери.
— Мелисса, милая, ты так раскраснелась! Ах, неудивительно, здесь такая духота! Дамы, вы не против, если я открою окно?
Все были очень даже «за» и через минуту смогли насладиться прохладным ветерком с улицы.
Мадам Катрина поспешила переменить тему и заговорила о начинках для пирогов. Мадам Марта с энтузиазмом подхватила.
Мелисса, дождавшись, когда родительницы с головой уйдут в обсуждение способа нарезки яблок, чуть склонилась в сторону Бьен и вполголоса сказала:
— Прошу тебя, будь осторожнее с этим Круадевером. Не потому, что он неприятен Коринне или мне. Пойми, он… опасен.
Она говорила Правдиво, — но лишь потому, что таково было её собственное мнение.
Бьен, помедлив, ответила:
— Спасибо, Мелли. Не волнуйся за меня. Это ему следует быть осторожнее.
Мелисса усмехнулась.
— Бьен, ты же завтра на службе? — непринуждённо спросила она.
— До обеда буду в офисе. Потом, возможно, отправлюсь в город.
— Не возражаешь, если я приду, скажем, к одиннадцати часам?
— Нисколько.
— Чудесно!
Далее разговор подруг пошёл ощутимо веселее, влившись в беседу матерей о пирогах, а затем перескочив на любимую тему всех женщин — наряды. Мадам Катрина, помня уговор, ни словом не обмолвилась о маскараде. Мадам Марта с Мелиссой тоже о нём не заговаривали, — то ли не знали, то ли сочли эту тему неуместной. Зато взамен они принесли несколько модных журналов.
Бьен улыбалась, соглашалась с тем, что новомодные юбки очень узкие и стесняют движения, с истинно женским удовольствием рассматривала яркие картинки и фотографии, но продолжала оставаться настороже.
Глава 20. Семейное дело
Мадам Катрина и Бьен покинули особняк Ажитэ почти в семь вечера. Прощание с бывшей соседкой было долгим и доброжелательным. Мелисса хихикала, лучилась довольством и без устали повторяла о необходимости более частых встреч; будто и не бывало
