Правда без лицензии - Ксения Кирина

Единственное, что Бьен могла на это сказать, она и сказала:

— Я вас слушаю.

— Медея Эскро — моя жена. И она — кровопийца, — Конрад выдержал короткую паузу. — Вижу, вас это не удивляет.

— Многие мужчины называют так своих жён, — обтекаемо ответила Бьен.

— Но не многие подразумевают буквальное понимание этого слова. Моя жена Вправду пьёт кровь. Это вас тоже не удивляет, — тем проще. Мы с Медеей прожили в союзе десять лет, и то, что она начала искать питания на стороне, полностью моя вина. В Кругах сейчас напряжённая ситуация из-за колдунов и ведьм. Я отдалился от Мэдди, перестал следить за тем, как и кем она питается. Я смалодушничал, понадеявшись на то, что из-за моего пренебрежения она сама захочет покинуть меня, и не учёл одного: того, что она посчитала меня исчадием зла.

— А это не так, — утвердительно проговорила Бьен.

— Зависит от того, что именно считать злом. Если бы Мэдди поговорила со мной, изъявила желание получить свободу и уехать, я с радостью отпустил бы её и предоставил бы ей всё необходимое. Но её поступок вынудил меня преследовать её.

Правда.

Однако Бьен не спешила безоглядно в неё верить: в Конраде могли говорить отголоски того самого морочащего влияния Медеи как хлоссы.

— Если вы желаете, чтобы мы разыскали вашу жену, боюсь, вынуждена отказать.

— Зачем мне её искать? Она сама ко мне придёт.

— Вы настолько в этом уверены?

— Абсолютно. Ей нужно моё заверение в безопасности и прекращении преследования. Иного выхода нет. Вам известны обстоятельства нашего с Медеей разрыва? — спросил главарь Тортуозов и сам же и ответил: — Несомненно, известны. Значит, вы слышали имя «Дессин Атриче».

— Он — колдун-чертёжник, занимающийся Правдопротивными делами, — чётко сказала Бьен. — Вчера он побывал здесь с бумагой, подписанной вашей рукой. А до того ходили слухи, что его убили в Злачном Уголке ваши люди.

— Убили, но не добили. Он живучий оказался, гадёныш, — его продырявили насквозь, а он размазал по улице кровь и натравил на тех придурков свою собственную тень.

Бьен невольно посмотрела на но’дьюл, в которой сидел силуэт.

— И как же Дессин Атриче связан с тем, что вам понадобилась помощь веритарчеров?

Конрад говорил Правду, но то и дело ускользал от главной цели своего визита.

— Напрямую. Он выжил, где-то отлежался и буквально на следующий день заявился ко мне и сказал, что теперь мы с ним в расчёте — кровь за женщину. Затем он предложил сделку: он по-прежнему продолжает помогать Тортуозам колдовством, а взамен просит поддержки.

— И вы согласились.

— До поры, чтобы держать его на виду. Он хочет создать организацию, подобную Сантуару, но частного порядка, чтобы у каждого колдуна был выбор, кому служить. По его мнению, здесь, во Фриандизе и соседних странах, у тех, кто занимается колдовством, нет будущего. По задумке Дессина, в его новой организации каждый колдун сможет применять колдовство для изобретения новых колдовских форм, наподобие его силуэтов. Он чрезвычайно гордится ими.

— А Дессин не разменивается по мелочам, — заметил Густав. — Но понимает ли он, что в любом случае придётся подтверждать правомерность новой колдовской организации на государственном уровне?

— Он считает, что если набрать достаточно силы, государство будет вынуждено признать законность нового колдовского Круга. Большие надежды возлагает как раз на силуэтов.

— Очень амбициозная задумка… Не в обиду вам будь сказано, ситуайен Альфир, усилий даже нескольких Кругов недостаточно, чтобы её воплотить.

— А кто говорит о воплощении? — Конрад заломил бровь. — У Дессина сохранились остатки здравого смысла, поэтому он всего лишь попросил себе помощника и несколько рекомендаций на совершение мелких сделок. И он Правдиво поклялся, что, если что-то случится, он возьмёт всю ответственность на себя. Один раз я сглупил — следовало сразу отправить чертёжника на корм чертям. Теперь поздновато. Я предпочёл бы избавиться от колдуна без лишних разговоров, но кто знает, можно ли его окончательно убить?

— Можно, если действовать осторожно, — вполголоса, но не скрываясь, произнёс Густав.

Конрад одобрительно хмыкнул.

— К слову, о сделках. Ситуайен Альфир, зачем Дессину Атриче понадобились старинные книги? — спросила Бьен.

— Для колдовства, по-видимому. Его не назовёшь любителем чтения.

— А знаком ли Дессин с кем-нибудь из семейства Ажитэ?

— Ажитэ, Ажитэ… — Конрад задумался. — Кажется, эта семья вхожа в Общество? Чертёжник  встречался с кем-нибудь из них точно не на приёмах или мероприятиях. Если нужно, я могу разузнать это для вас.

Правдиво.

Бьен вздохнула, не зная, радоваться или расстраиваться.

— Не нужно, — вдруг сказал Густав. — Это может вызвать подозрения у чертёжника. Ведь вам нужна помощь, чтобы окончательно его устранить, Правда?

— Как ни поверни, смертоубийство — Правдопротивное дело. Если до него дойдёт, я не стану вмешивать в него людей со стороны, тем более, искателей Правды, — отрезал Конрад. — Запомните это. А вот Дессин намеревается убрать меня, я в этом убеждён. Просто до поры я ему полезнее живым. Также ему нужно то, что забрала в качестве «отступных» моя драгоценная жёнушка. Дессин решил, что Медея — колдунья, и втёрся к ней в доверие, чтобы добраться до моего письменного стола… но Мэдди заморочила колдуна, и он не смог отнять у неё бумаги. Я хочу встретиться с ней.

— Почему? — спросила Бьен, внимательно следя за выражением его лица. — Только ради бумаг?

Он не дрогнул.

— Потому что она — моя жена. И потому, что она — не-Правдивое существо. Одно лишь её присутствие способно помешать Дессину убить меня на балу.

— На балу, — повторила Бьен.

— Да, вы всё правильно понимаете. Занимаясь организацией мероприятия, я нанял Элюдэра, и он отчитывается передо мной за каждое приглашение, — Конрад посмотрел на Круадевера. — То, о чём я вам говорил. Охотно повторю для вас, ситуайена Грандин. Бал — предлог для совершения сделок, в том числе и не слишком законных. Одна из них — на поставку баклажанов и этчетамии. Присутствие аксиоманта из Сантуара было бы крайне нежелательно, Элюдэр должен был это отслеживать, однако вы, ситуайен Круадевер, станете исключением из правил.

Бьен чуть не фыркнула. О правилах рассуждал человек, с лёгкостью нарушающий законы.

Словно уловив, о чём она подумала,