Правда без лицензии - Ксения Кирина
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— До двух часов ночи вы обязуетесь пребывать в этих стенах и не называть ничьих имён… — нудно повторял слуга с приглашениями и заставлял каждого гостя проговаривать обещание, прежде чем пропускать его — или её — дальше.
Бьен, стоя в небольшой очереди, на мгновение заподозрила, что беднягу заколдовали, внушив повторение одного и того же текста. Пытаются же изобрести, по слухам, предмет, который будет работать подобно телефону, но передавать музыку — концерты, оперы, оперетты — и притом не зависимо от времени; этому отчаянно сопротивляются певцы и музыкальные коллективы…
Обещание, разумеется, пришлось дать. Словесную формулировку наверняка придумал Дессин, что невольно подтверждало подозрение о том, что он и есть Липко Мёд.
Когда накидка Бьен и пальто и шляпа Круадевера были сданы, в костюме просветителя обнаружилась деталь не чёрного цвета: галстук, словно отлитый из бронзы.
Кажется, кое-кто взял на заметку образ главы Тортуозов, подумала Бьен.
— Мы с вами сегодня — воплощение мрака, — наклонившись чуть ближе к ней, вполголоса сказал Густав.
Он был прав: гости преимущественно следовали моде — в их одежде превалировали светлые тона. Многие мужчины сделали выбор в пользу серых, синих и бежевых костюмов, тем самым создавая фон для гораздо более ярких нарядов своих блистательных спутниц.
— В этом есть своеобразная ирония. Особенно в вашем случае.
Круадевер только усмехнулся в ответ.
Первый этаж отеля был арендован для маскарада почти полностью, поэтому на потолках и снаружи на стенах были поставлены дополнительные Печати Правды, подавляющие шум. Густав пояснил, что они будут действовать всего лишь несколько часов.
Сразу за ресторанным залом располагался бальный с двумя входами — из собственно ресторации (этот сейчас был закрыт драпировками) и коридора. Первое, что бросалось в глаза — освещение: сплошь сотни свечей в громадных люстрах и канделябрах, и ни одной лампы, которую можно было бы зажечь с помощью Печати Правды. Запах горячего воска смешивался с ароматом парфюмерии и оранжерейных цветов. Из зала доносилась негромкая приятная музыка.
Условия маскарада избавляли распорядителя от необходимости объявлять и приветствовать каждого гостя по отдельности, однако правила вежливости соблюдались неукоснительно: все заходили медленно, в порядке очереди, выдерживая временные промежутки — чтобы не дышать друг другу в затылок.
Лис первым из компании вошёл в зал, взял левее и мелкими шажками направился к внушительной цветочной композиции; мадам Круадевер, нисколько не смущаясь, шла следом за ним, помахивая веером. Меньше чем через минуту они отдалились от Густава и Бьен.
Густав, как и полагалось по этикету, пропустил Бьен чуть вперёд. Веритарчесса сделала первый шаг.
Гости рассредоточились небольшими группами, точно на полотне художника — чтобы каждого было видно в лучшем свете. Свечи — гроздья огоньков. Густо-чёрные тени, точно нарисованные чернилами, перемещались так быстро, что люди не успевали за ними.
Бьен моргнула и убедилась, что это вовсе не обман зрения: чёрные человекоподобные фигуры двигались не из-за того, что вздрагивало пламя, а сами по себе. Более того — они сновали с небольшими подносами, поправляли оплывающие свечи в канделябрах, скользили вдоль стен…
Душная волна страха парализовала девушку, губы укололо ледяными иглами Стужи — да так болезненно, что Бьен едва не слизнула помаду, проверяя, не выступила ли кровь; обнажённые плечи обдало ледяным сквозняком.
Силуэты, голодные и стылые не-Правдивые твари, среди живых людей!
Густав легко коснулся ладонью её спины между лопатками — едва-едва, невесомо, лишь давая знать, что следует за ней.
— Они открыто используют силуэтов в качестве… лакеев?! — потрясённо выдохнула Бьен.
— Тише. Держите лицо, прошу вас.
Легко сказать!
Бьен пыталась унять сердцебиение и сделала ещё один шаг. К счастью, фасон платья отчасти оправдывал её внезапную неуклюжую медлительность.
Представь, что их нет. Представь, что ты в этом зале совсем одна. Пустой зал, только многочисленные свечи и музыка…
Бьен сосредоточилась на огоньках и Вправду почувствовала прилив спокойствия.
Пока теплится живой огонь, пусть даже россыпью на свечах, можно не бояться тьмы и Стужи.
Ещё несколько шагов.
Силуэты сильнее чертей. Но у Бьен есть наготове опробованная колдовская форма, и к тому же поблизости аксиомант. И ещё один… колдун.
Густав взял её ладонь и положил себе на локоть; Бьен пропустила момент, когда он ускорился и догнал её.
— Вы знали? — хрипло прошептала она.
— Предполагал нечто подобное. И очень надеялся, что ошибаюсь, — Густав выдержал короткую паузу, пропустив пёстро разодетую немолодую пару. — Вы рассказывали, что он почти впал в экстаз, когда упомянул, что силуэты — его изобретение. Настоящее мероприятие — идеальная возможность похвастаться ими и остаться вне внимания Сантуара.
— Неужели ситуайен А… — Бьен вовремя смолкла — горло чуть сдавило предупреждающим спазмом. — Неужели он согласился на… это?!
— Не думаю. Взгляните сами — вон туда, правее от музыкантов.
Чета Альфир, тоже в тёмном, медленно прогуливалась по залу, иногда задерживаясь возле гостей; Медею было легко узнать по парику и платью, а уж догадаться, кто её темноволосый кавалер, не составляло труда.
Конрад не был в восторге от происходящего, судя по напряжённой челюсти и улыбке, больше смахивающей на оскал, но держался с достоинством. Медея держала мужа под руку и накручивала на пальчик фальшивый локон.
— Всё-таки он обращался в Сантуар. Для бала постарались использовать аксиомантию по минимуму, но противопожарные Печати поставлены, как и шумоподавляющие, — заметил Густав.
Бьен не отличала противопожарную Печать Правды от шумоподавляющей, да и не собиралась: почти всё её внимание было поглощено силуэтами. Многие из гостей с опаской и настороженностью поглядывали на оживших чертей, и лишь некоторые — с любопытством. Маски самых разных форм скрывали лица, но не могли подавить самых сильных чувств.
— Как же нам найти здесь нашего сочинителя? — прошептала веритарчесса. — Запрет не позволяет напрямую спрашивать…
— В Обществе тоже прямых вопросов не любят, — отозвался аксиомант. — Что-то вы слишком быстро опускаете руки. Вы должны уметь играть словами и понимать намёки. И ваше Правидение никуда не пропало, оно при вас. Будьте внимательны.
Можно сохранять бдительность и
