Правда без лицензии - Ксения Кирина
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Кто бы мог подумать, что Густав Круадевер, элегантный и обходительный, вызовет у падкой на лесть мадам Салвин почти такое же недоверие, как и у самой Бьен, и более того — получит ярлык враля и волокиты?!
Ах, знала бы старушка, что «этот субчик» Правдиво объявил Бьен своей невестой и уже несколько раз оставался с ней наедине, а ещё при первой встрече они оказались в одной постели…
Нет уж, лучше пусть мадам Салвин как можно дольше пребывает в неведении относительно положения веритарчерских дел (и веритарчерской личной жизни).
— Благодарю вас за предупреждение, — поспешно проговорила Бьен, не зная, плакать или смеяться.
— Нет, Бьенэма, — вдруг заупрямилась старуха. — Это не просто предупреждение! Пообещай мне, Правдиво пообещай, что будешь держаться от этого колдуна подальше!
Бьен в один миг расхотелось забавляться.
— Мадам, не поймите меня неправильно, но я не могу дать такое обещание, — она старалась говорить спокойно и внушительно. — С Правдой нельзя шутить, осознанных клятвопреступлений она не прощает, никогда и никому. Ситуайен Круадевер, как вы и сами сейчас сказали, — наш сосед. Я при всём желании не смогу не пересекаться с ним. И даже если я пообещала бы держаться от него подальше и безвылазно засела в четырёх стенах, всего в нескольких шагах от него… Скажу так: проще сразу броситься с крыши, чтобы уж доподлинно лишить любого колдуна возможности посягнуть на мою честь.
Мадам Салвин поджала губы, избегая смотреть на Бьен. Девушка начала подозревать, что эта просьба об обещании, больше смахивающая на требование, прозвучала неспроста.
— Мадам, я ценю ваше стремление уберечь меня…
Бьен не договорила — старуха мгновенно оказалась на ногах и перебила:
— Ну, моё дело маленькое — упредить молодёжь! А дальше своим умом действуй, он у тебя светлый, Правду издалека чует. Доброго тебе денёчка, Бьенэма!
— И вам… — растерянно сказала Бьен уже захлопнувшейся двери.
Мадам Салвин умчалась с завидной прытью… но чего она испугалась?
Того, что пришлось бы Правдиво отвечать на вопросы.
Бьен метнулась к окну и увидела, как соседка выскочила на улицу и быстрым шагом, едва не срываясь на бег, бросилась за угол.
Странное поведение мадам Салвин не могло не вызывать вопросов.
Подумав, Бьен достала из ящика стола коробочку с крупной солью и бросила несколько кристаллов на пол возле кресла; вопреки ожиданиям, они сохранили чистоту — если бы присутствовал след недавнего колдовства, они бы почернели. Впрочем, веритарчесса не обольщалась — колдун, оказавший влияние на мадам Салвин, мог действовать настолько искусно, чтобы не наследить… Настолько же искусно, как аксиомант с Правдивой лицензией. А один такой проживал в их доме в настоящее время.
Бьен длинно выдохнула и прикрыла глаза.
Мысль о получении Правдивого обещания, подброшенная кем-то мадам Салвин, была рассчитана либо на рассеянность Бьен, либо на её предвзятость по отношению к соседке — мол, девушка поддакнула бы, лишь бы старуха отвязалась, а там от Правды уже было бы не отвертеться.
Но зачем Густаву Круадеверу морочить голову старой сплетнице? Конечно, если это сделал именно он. Да и вообще — зачем кому-либо желать, чтобы веритарчесса Ландышевого Переулка никак не общалась с аксиомантом из Сантуара?
По всей видимости, затем, чтобы они не обменивались сведениями.
Следующая догадка поразила Бьен будто молнией.
Кто-то в случае, если с обещанием ничего не выйдет, хотел, чтобы Бьен подумала о Круадевере дурное. А если этот кто-то через мадам Салвин пытался подставить аксиоманта перед веритарчерами? Как раз именно затем, чтобы они вместе не могли… что?..
Бьен принялась лихорадочно перебирать в уме всё, чем они сообща занимались в последние два дня. Этот момент выбрала Медея, чтобы поскрестись в дверь и, не дожидаясь приглашения, войти.
Она была одета в ту же одежду, что и вчера (Бьен мысленно шлёпнула себя по лбу за недогадливость), и нездорово бледна — губы безо всякой помады ярко выделялись на лице, под глазами залегли глубокие тени.
— Доброе утро, — улыбка у мадам Альфир вышла принуждённой, но пожелание прозвучало Правдиво.
— Доброе! — откликнулась веритарчесса. — Прошу прощения, мадам, я не подумала о вашей одежде…
— Это мне тоже хотелось бы обсудить, но есть тема поважнее, — Медея облизнула губы и обхватила себя руками за плечи, словно в ознобе. — Я голодна.
— Давайте вернёмся в квартиру и всё решим, — предложила Бьен, не заострив внимание на её последних словах.
Мадам Альфир, замявшись, кивнула.
Бьен заперла офис и вместе с Медеей поднялась в квартиру. С кухни на шорох выглянула матушка.
— О, доброе утро, ситуайена Эскро! Барышни, будете чаёвничать? — поинтересовалась она.
— Спасибо, чуть-чуть позже, — сказала Бьен. — Мам, я всё сделаю, не суетись.
Мадам Катрина кивнула и снова скрылась.
Бьен юркнула к себе в комнату и полезла в шкаф, мучительно соображая, что из её вещей может подойти Медее. С ночной рубашкой (мадам Альфир аккуратно сложила её и оставила на подушке) проблем не возникло, но вот с повседневной одеждой возникнуть могло — Озорница Мэдди отличалась заметно более выдающимися формами…
— Насколько понимаю, мадам, вы всё-таки у нас задержитесь.
— Если это приглашение, то да. Мне стоит затаиться на денёк-другой. И прошу тебя, дорогуша, перестань «выкать», — сказала Медея. — Мне ужасно неудобно.
— Хорошо. Так, ночную рубашку мы вам… тебе подобрали. Платье или костюм, что предпочитаете? Предпочитаешь, прости.
— Что предоставишь, то и буду носить. Как я уже сказала, возникла куда
