Правда без лицензии - Ксения Кирина

— Как распознать хлоссу?

— А ты не мелочишься! — восхитилась мадам Альфир. — Полагаю, самый простой способ — спросить напрямую, хотя вопрос не всегда гарантирует наличие ответа.

— В том и проблема. Я подозреваю, что в моём окружении есть затаившаяся хлосса. От этого зависит моё дальнейшее расследование.

Медея нахмурила брови.

— Дай-ка подумать… Во-первых, все хлоссы — женщины, молодые и привлекательные. Во-вторых, для превращения в хлоссу нужно перенести Остуду и выжить. В-третьих, мы не можем существовать без определённого питания дольше недели. Хотя для насыщения достаточно глотка за раз.

Что-то громко лязгнуло, и в коридоре захлопали двери, дробно застучали каблучки — те самые ножки, «прыткие», поспешили на сцену. Из зала донёсся гул и свист.

Медея вскочила с пуфика и быстро заперла дверь на ключ.

— У них есть отвратительная привычка справляться о том, не желаю ли я присоединиться к общему веселью, — пояснила она, усаживаясь обратно, и закинула ногу на ногу. — А вот не желаю! Скажи, мне идёт такой цвет волос?

— Совершенно не идёт, — на мгновение опешив от столь внезапной смены темы, сказала Бьен. — Вы смотритесь как… простите, как дешёвка.

— То, что надо, дорогуша. Доведись спасаться бегством, останусь неузнанной, — Медея принялась накручивать на палец жёлтый фальшивый локон. — Прости, что увильнула, но я не знаю, что ещё можно добавить к уже сказанному. Мы не чуем другу друга по запаху и не чувствуем каким-либо другим образом. Это внутренние изменения в теле, и внешность они затрагивают поскольку-постольку — привлекательных молодых женщин в мире огромное количество. Я не узнаю, что передо мной другая хлосса, пока она не покажет свою не-Правдивую суть.

— Спасибо за разъяснение, мадам, — сказала Бьен. — Но у меня есть ещё один вопрос. Вернее, просьба. Расскажите о вашем любовнике, которого убил Конрад.

— О… — Медея поджала губы. — Не так уж и много я могу о нём рассказать, на самом-то  деле. Чем он занимался и откуда взялся — не знаю, но говорили, что он родом с Селасса. Его сцапали Тортуозы, когда он с помощью чертей попытался обокрасть одного из них, стащить бумажные деньги. Конрад живо сообразил, чем колдун-чертёжник может ему пригодиться, и принялся уговаривать его на сотрудничество. В прошлом году в челестийских Кругах творилась очередная делёжка власти, и Конраду остро был необходим козырь. А умелого колдуна ещё попробуй найди!

— Как выглядел этот колдун?

— Худощавый, высокий, симпатичный блондин. Назвался Дессином Атриче, — думаю, не настоящее его имя. Меня увидел и сразу слюни распустил… По Правде-то говоря, он и не был моим любовником в прямом смысле этого слова — мы не спали. Так, целовались пару раз… У него была хорошая кровь, — Медея коротко усмехнулась. — А потом Конрад нас застукал в своём кабинете. Рано или поздно, это должно было случиться. Не измена, а побег, — пояснила она. — Конрад не спешил жениться на мне по Правде, детей хотел, но опасался, что их используют против него. Моим мнением мало интересовался, — в её голосе прозвенела сдерживаемая обида. — Я не собиралась оправдываться перед муженьком — оглушила его, сгребла первое, что попалось на столе, и мы с Дессином сбежали. В первые дни нам туго пришлось, но мы выбрались из Челесты.

— Как вы разлучились?

— Дессин сказал, что нам безопаснее будет разойтись, хотя бы на время, и я с ним согласилась. Мы расстались… так… получается, четыре недели назад, почти сразу после прибытия на Картианскую воздушную верфь. Я при первой же возможности уехала в Иннакарт, и здесь меня приютила Филиппа. Дессин планировал найти жильё и работёнку в типографии; пока мы топтались на платформе, ему порывом ветра бросило под ноги листовку с объявлением о поиске работников. Через несколько дней я увидела Дессина — он выходил из заведения Рыжей Бэрри, и, едва сошёл с крыльца, был перехвачен двумя здоровяками. Один всадил Дессину нож в бок по самую рукоятку. От таких ран нет спасения… Больше я ничего не видела — важнее было унести ноги, пока громилы не заметили меня.

— Вы сказали, что ваш муж убил вашего любовника, — заметила Бьен.

— Конрад отдал приказ, поэтому не вижу разницы, — Медея пожала плечами. — Угроза репутации главаря Тортуозов оказалась выше возможной ценности колдуна.

— Вы уверены, что приказ отдал ваш муж?..

— Больше некому. Всем остальным в Кругах Дессин нужен был живьём. Они колдовскими умельцами не разбрасываются.

— Вам известна причина?

— Изготовление Печатей в обход Сантуара, полагаю. Я не слишком разбираюсь во всех этих колдовских штуках.

Бьен перевела дух — Медея сказала Правду.

— Позволь узнать, девочка, — ты умеешь делать Печати? — понизив голос, мадам Альфир задала встречный вопрос.

Бьен очень не хотелось отвечать, но Медея, нарочно или нечаянно, ухитрилась застать её врасплох и загнать в угол — сказать откровенную не-Правду веритарчесса бы не смогла, а молчание стало бы равнозначно положительному ответу.

— Да.

Медея прерывисто вздохнула.

— Ох… Сознаёшь ли ты, девочка, свою ценность? Нет-нет, можешь не отвечать. И тебе хватило храбрости пуститься в путь через ночной город… Потрясающе.

Гул в зале притих, и залихватски грянула музыка. Хотя гораздо Правдивее было бы назвать её какофонией, — да такой, что стены даже здесь, в закулисье, откликнулись вибрацией. Потуги, извлекаемые из музыкальных инструментов, время от времени прерывались залпами хохота и подбадривающими выкриками.

Ножки знали своё прыткое дело — ритмичный топот затмевал даже творившийся шум.

— Эти пляски-тряски продолжатся как минимум четверть часа. Отличная возможность улизнуть, не привлекая излишнего внимания, — объявила Медея, поправляя парик. — Потом массовое проявление женолюбия и свалка, а затем и мой выход. Они будут пить, заливая поражение в драке, победу или примирение, разглядывать размалёванную певичку мало кому захочется. Если у тебя ещё есть ко мне вопросы, дорогуша, советую поспешить. Или ты намерена задержаться у меня до возвращения Филиппы?

— Некогда задерживаться, мадам, — ответила Бьен. — Но кое-что я вам должна рассказать.

И она кратко поведала о переданном Круадевером приглашении в Сантуар, реестре Верачет, вечернем происшествии, особенностях этчетамии и о замеченной у продажниц фотографии. Медея слушала, заканчивая макияж.

— Насчёт реестра надо подумать. Не очень хочется соваться к святошам.