Правда без лицензии - Ксения Кирина

Лу отпустила Айви и соскользнула наземь — неестественно медленно.

Веритарчесса подобрала книгу только с третьей попытки — применение колдовства дало о себе знать приступом жуткого озноба. Грудь сдавило стальным обручем.

Остуда вернулась.

На негнущихся ногах Бьен обогнула неподвижно-нелепых, как куклы на ниточках, биншш-ит и поплелась к братьям; сама себе веритарчесса казалась неповоротливым каменным истуканом, так тяжело давался ей каждый шаг.

И чем ближе к цели, тем тяжелее.

Бьен сунула книжку-Лу в карман пальто, ухватила Рэма за руку, Ореста — без лишних церемоний за шиворот, и оттащила их ровно на пять шагов. А затем её настиг новый приступ озноба, и колдовство лопнуло, точно мыльный пузырь.

Куклам обрезали ниточки: приспешники Дессина Атриче бестолково взмахнули руками и повалились кто куда.

Бьен, как и её братья, осталась стоять, но у неё возникло назойливое чувство падения: под ногами, да и вместо ног, как будто осталось… ничто. Она переступила на месте, и ноги на мгновение напомнили ей об опоре. Всего на мгновение. А потом снова пропали.

Рэм закричал — Леларрон сгрёб его за непослушные кудри, дёрнул, вынудив запрокинуть голову, и приставил к его голове пистоль.

— Вы, ублюдки!.. — выплюнул Рэм и застонал — Леларрон потянул сильнее.

— Кончай свои фокусы, барышня, — тяжело дыша, приказал Труф. — Иначе я прострелю башку твоему языкатому братцу. Поняла? Одно движение, и он покойник! Поняла?!

Бьен понимала то, что упустила момент: если она снова применит колдовство — Остудится совсем.

Айви и Эшлин подскочили к ним; первая вырвала у Бьен Лу, вторая, странно разрумянившаяся, наотмашь хлестнула веритарчессу по лицу. Боли, что странно, Бьен почти не ощутила, однако на глаза ей навернулись жгучие, почти обжигающие слёзы.

— В дом их, быстро, быстро! — приказал сзади кто-то и заломил Бьен руки за спину.

Рэм больше не взбрыкивал, только сдавленно шипел безадресные ругательства. Орест плелся сам, как кроткая овечка на верёвочке; пистоль у него отняли.

В квартире Леларрона всё стало ещё хуже, чем было — грязи прибавилось, запахи из неприятных стали тошнотворными. Айви и Эшлин брезгливо морщились, но проворно обыскали Бьен, затем с помощью колдовства открыли люк, искусно скрытый в полу (тоже колдовством). Леларрон со своими подельниками втащили в темноту всех пойманных Грандинов и не отказали себе в удовольствии влепить бедному Рэму несколько тычков.

Винтовая лестница вела в самые настоящие двухъярусные катакомбы. Бьен припомнила, что квартирная хозяйка Леларрона говорила о наличии подвалов у квартир первого этажа. Судя по всему, Леларрон и колдуны изрядно расширили подземное пространство и облагородили: ровные оштукатуренные стены, сухой прохладный воздух, выложенный каменными плитками пол, светильники — пусть и довольно тусклые. Даже не верилось, что наверху жуткая вонь, грязь и запущенность.

От лестницы тянулся коридор, из которого вели несколько дверей, а в самом конце была лестница на ещё один уровень ниже. Спуск, ещё один коридор — и Бьен с её братьями очутились в небольшой комнатушке, абсолютно пустой, не считая единственной лампы. Лязгнул засов.

— Отдыхайте, веритарчеры, — глумливо сказал Леларрон в окошечко в двери. — Условия, Правда, у нас тут так себе, не отель «Авинэ Гриот», но жить, хех, можно.

И они ушли. Топот и отрывисто переговаривающиеся голоса быстро стихли.

— Ты пришла одна? — прохрипел Рэм, распластавшись на полу. Бьен заметила, что у братишки разбита нижняя губа. — Почему ты одна? Где Круадевер?

Бьен села рядом, провалилась спиной к стене и зажмурилась — в глазах защипало.

— Он… — выдавила она и замолчала — горло перехватило.

— Я так и знал. Он тебя обидел.

— Это не назвать обидой, — на миг совладав с собой, сказала Бьен. И заплакала.

От слез её снова начало трясти в ознобе.

— Я его убью, — мрачно пообещал Рэм.

— Сначала надо выб-браться из этого б-бункера, — Бьен обхватила себя руками за плечи и свернулась клубочком.

Сглупила, как… последняя и самая наивная дура, и гордячка к тому же. В плену у негодяев, с Остудой, а при себе — ни пистоля, ни инструментов, ни хотя бы талисмана или печатки-фиалки. Даже шляпной булавки или брошки при себе у веритарчессы не было, а перочинный ножик отобрали (Бьен порадовалась, что отчистила его после того, как перемещала Лу из фигурки в книгу). Не осталось ничего, что могло бы сойти за оружие…

Нет. Осталось, вдруг поняла Бьен. Позабытая булавка для галстука. Биншш-ит её пропустили. Нарочно или нечаянно?

Первым порывом Бьен было выдернуть её и выбросить к чертям, но девушка сдержалась. По крайней мере, хоть что-то острое, чем можно уколоть и пустить кровь.

Если же Круадевер и Вправду заодно с ними, он уже знает, что она им попалась.

А если нет? Ведь Мелисса не называла имени того, что отдал ей книгу.

Но кто ещё, кроме Густава, мог это сделать?.. Кто «высокорослый», кроме него, мог попасть в арендованную квартиру Ажитэ? Или этот кто-то — прямиком из Сантуара, если Густав успел отдать книгу туда, как собирался…

Проклятье. Слишком много «если».

Быть может, Клэффи успела убежать?..

Озноб прекратился, зато началась головная боль.

— Есть подлец и похуже, — Рэм приподнялся и с презрением глянул на старшего брата. — Ты хоть понимаешь, придурок, что ты наделал?!

Орест молчал, глядя в пол.

— Не время ругаться, — прошептала Бьен.

— А по-моему, сейчас самое оно, — сердито сказал Рэм. — Как спасаться, когда за спиной — предатель?!

Орест резко вскинул голову, но тут же понурился.

— Я не хотел… — тихо проговорил он.

— Если бы не хотел, ты бы не заманил меня в этот чёртов экипаж! — Рэм поморщился, осторожно, самыми кончиками пальцев трогая губу. — А теперь что? В нужный момент ты нас снова выдашь? Бьен, может, оставим его здесь, а?

Орест что-то пробурчал.

Бьен напряжённо думала.

Пожалуй, ей ещё хватит сил пройти сквозь стену или дверь, возможно, даже протащить с собой братьев. А потом что? Леларрон и продажные ведьмы наверняка сторожат наверху. Бесконечно бегать от них сквозь стены не получится. А пытаться пройти сквозь толщу земли даже не стоит и мечтать.

— Почему ты вообще в это ввязался?! — не унимался Рэм.

— Я в пятницу встретил Мелиссу, — пробормотал Орест. — Она спрашивала, как у нас дела… А потом… — он смешался и, кажется, покраснел.

— Заморочила тебя, — договорила Бьен.

Орест