Правда без лицензии - Ксения Кирина
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— И даже Сантуар? — недоверчиво спросила Бьен.
— Да. Это ещё одна причина, по которой я искал колдуна со стороны. Если я скажу, что это чистой воды совпадение, вы поверите? — аксиомант сам усмехнулся собственной шутке. — Хотя отчасти это действительно потрясающее совпадение. Во-первых, я по роду службы общаюсь с теневой изнанкой Иннакарта и с некоторых пор знаком с ситуайеном Подстрочником. Кое-кто знает, где он иногда проводит встречи и что у него есть тайный помощник-колдун. Многие жаждут с вами поговорить, ситуайена Грандин, потому что думают, что вы в курсе абсолютно всех дел Подстрочника. Во-вторых, колдуны, не желающие работать на Сантуар или хотя бы получить лицензию, часто выбирают для себя ремесло Искателей Правды. В-третьих, ваша бабушка — девятая за шесть месяцев, кто обратился ко мне с просьбой найти утраченные письма. Вы оказались на первой строчке в её личном списке подозреваемых. Так разные ниточки сплелись в одну.
— У представителей Общества воруют письма? — уточнила Бьен.
— Письма. Почерки. Подписи. Мысли, — ответил аксиомант. — Всё это можно использовать в корыстных целях. Однако не с каждого человека можно получить выгоду. И я вспомнил об ещё одном пути использования личной переписки: если знать как, можно с помощью выведенных чернилами букв украсть чужую личность и вздеть её на себя или кого-либо ещё.
— Создание личины… — протянула Бьен. — Так же, как вы надели на Тьяго личину Лауда?
— Не так. Я просто снял с ситуайена Лауда слепок его внешности и набросил на ситуайена Рузэ. Наружность, не более того. Личина, созданная с помощью писем, придаёт тому, кто её носит, не только внешние черты, но и походку, мимику, жесты… Чем точнее мерки, тем лучше сшит костюм и тем лучше он сядет на фигуру. Чем больше достоверных деталей использовать в маскировке, тем легче ввести окружающих в заблуждение, — Круадевер выдержал паузу, позволяя Бьен осмыслить сказанное. — Некто способен перекроить весь город под свои прихоти. И сколько успел натворить этот умелец к настоящему моменту — знает только сама Правда.
Бьен представила, и её обуял ужас. Куда уж там одному-единственному чертёжнику и его чертям!
— Искажение Правды в таком масштабе может открыть прямой проход в Стужу и выпустить оттуда голодных куирпов или ещё кого похуже.
— И что вы намерены делать? — спросила веритарчесса.
— Для начала — побуду сопровождающим. Вы через Жозефа Паттера назначили встречу мадам Грандин. Я отправлюсь к ней вместе с вами.
— Зачем? Жозеф Паттер обратился за помощью к нам. Вы не обязаны заниматься делом моей семьи.
— Напротив. Думаете, кто подсказал ситуайену Паттеру обратиться к знакомым веритарчерам? Уж точно не ваша бабушка. И я знаю, на что именно следует обратить внимание.
Прозвучало это ужасно самодовольно.
— Если бабушка уже обращалась к вам, почему вы до сих пор у неё не побывали? — с подозрением спросила Бьен.
— Я планировал сделать это вчера в послеобеденное время, но с утра повстречал здесь, в проходной, молодого человека, который представился как Орест Грандин. Разумеется, я не мог не обратить внимания на его фамилию. Выяснить у юноши некоторые подробности о его семье не составило труда, и я изменил планы, решив перед визитом к мадам Грандин заручиться поддержкой её внуков… Что было дальше, думаю, вы догадываетесь.
— Вы расспросили о нас Подстрочника.
— Верно. Он явно имеет опыт общения с теми, кто чувствует Правду, — Круадевер тонко улыбнулся. — Ответы я получил Правдивые, но такие, что поначалу принял за колдуна вашего брата.
— Рэма? — на всякий случай уточнила удивлённая Бьен.
— Ситуайена Ореста я тоже подозревал… немного. Ситуайена Грандин, мне позарез необходим сообразительный напарник, который умеет колдовать вне ограничений аксиомантии и не побоится запачкать руки. Потому я прилюдно спровоцировал вас, чтобы проверить, на что вы способны, — Бьен залилась жарким румянцем, вспомнив обстоятельства «провокации». — Как я уже говорил, я довольно давно выискиваю по Иннакарту свободных колдунов. В основном по организациям, в работе которых сложно обойтись без аксиомантии. Веритарчеры со способностями к колдовству чаще всего получают ограниченную лицензию, их и аксиомантами толком не назвать. Самое большее, на что они способны, — создать убедительный морок. Вы же, ситуайена Грандин, разительно отличаетесь от всех найденных мною кандидатур.
— И чем же?
— Будучи признанной Правидицей, вы много лет успешно избегали Сантуара. Ситуайен Подстрочник сказал, что вы — самоучка, то есть собирали по крупицам сведения о Правде, её искажении и Стуже. Признаться, я поначалу не воспринял вас всерьёз. Проверить и доказать Правдивость можно и без колдовства, раздуть из паука морок — уже с колдовством, хотя немногим трудней, особенно в критической ситуации, но заставить исчезнуть фрагмент здания… Не переместить, как я сделал со стулом, а именно растворить в небытии, пусть даже небольшой фрагмент и всего на несколько мгновений… Это уже совершенно другой уровень.
— Вы бы смогли?
— Смог. Однако меня непрестанно учили более двадцати лет. Вы же изучали искажение Правды самостоятельно.
Бьен хотела сказать, что «провал» в отеле у неё получился случайно, однако почти сразу передумала. В конце концов, это мало что меняло. Если у неё получилось так сделать, значит, она и Вправду на такое способна.
И всё-таки веритарчесса сочла своим долгом напомнить:
— Я очень многого не знаю.
— А всё на свете знать невозможно. И, как показывает практика, иногда незнание приносит больше пользы.
— Вам нужен напарник-веритарчер, и вы предлагаете инструменты и знания взамен на что? Чего вы ожидаете от меня? — поинтересовалась Бьен.
— В первую очередь, помощи в расследовании, — серьёзно ответил аксиомант. — Вы можете заметить что-то, что упускаю я. К сожалению, не обойдётся и без колдовства.
— У вас уже есть план действий?
— План-то есть, да приходится ежечасно его корректировать, — Круадевер негромко хмыкнул. — И одного человека мало для его осуществления. Предлагаю сегодня поступить следующим образом: нанести визит мадам Грандин, а уже после собрать воедино все полученные детали. Но можно сделать и наоборот. Я расскажу вам то, что вы хотите узнать.
— Правда расскажете? —
