Правда без лицензии - Ксения Кирина
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Веритарчерская служба требовала отличной памяти, обширного словарного запаса и тонкого умения обращаться со словом — чтобы злоумышленники не смогли использовать записанные сведения в гнусных целях.
И чтобы Сантуар не проведал о веритарчессе-колдунье без лицензии.
Взяв карандаш, Бьен подумала, что, возможно, именно на это намекало ей сегодняшнее гадание.
— Назовём ваш вопрос так: «Помощь мадам А. в деликатном семейном вопросе». Десять граний в сутки плюс вероятные расходы. Вас устраивает? Хорошо. Правдиво распишитесь здесь, что вы осведомлены об условиях. Отсчёт начинается с сегодняшнего дня. Как с вами связаться?
Медея быстрым росчерком оставила закорючку, в которой угадывались буквы «М.А.», достала кошелёк и отсчитала купюры.
— Это задаток за три дня. Я сняла скромный номер в отеле «Авинэ Гриот». Если я буду отсутствовать, можете оставить записку для мадам Моник, — я живу там под этим именем.
Фальшивое имя — осознанная не-Правдивость. Но хотя бы не злонамеренная… кажется.
— Я провожу вас, — Рэм помог Медее надеть пальто и следом за ней выкатился в проходную.
— Жалкое зрелище, — пробормотала Бьен, аккуратно переписала на чистовик полученные (и зашифрованные) сведения, убрала лист в отдельную папку, а черновик сожгла, отправив пепел за окно. Затем веритарчесса сделала запись в бухгалтерской книге, положила пять граний в кошелёк на случай непредвиденных расходов, остальные деньги и все сделанные записи убрала в сейф.
Рэм вернулся минут через десять бодрым пружинистым шагом.
— Дама одарила тебя напутственным поцелуем, благородный заступник? — съехидничала Бьен.
— За кого ты меня принимаешь? — незамедлительно оскорбился Рэм. Обижался он иной раз по малейшему пустяку и столь потешно, что порой старшие брат с сестрой намеренно его поддразнивали. — Я выудил у неё ещё кое-что.
— Выкладывай, — Бьен снова схватила карандаш.
— Мадам Альфир ищут не только из-за того, что она беглая жена. Она намекнула, что увела у супруга контрабандистские контакты, и теперь намерена наладить новую сеть здесь, в Иннакарте.
Чего и следовало ожидать. Тортуозы занимались перевозками и подпольной куплей-продажей всего, что можно и нельзя (не занимались только живым товаром). Опасное, но прибыльное занятие во Фриандизе, чьи торговые дома жёстко контролировали товарооборот в пределах страны.
— А контрабанда чего, она не упомянула? — Бьен насторожилась. Ещё не хватало связаться со всякой дрянью, взрывчатыми веществами или колдовскими штучками!
— Баклажанов, — радостно сообщил Рэм.
Веритарчесса медленно опустила руку с карандашом и переспросила:
— Чего?
— Баклажанов! Меладжанских баклажанов! Ну, знаешь, такие тёмно-фиолетовые, почти чёрные овощи… — с сарказмом начал объяснять Рэм и осёкся. — Эй! Ты куда?
— К Тьяго! — Бьен, уже не слушая брата, выскочила из кабинета.
Дверь в дверь с крохотным веритарчерским офисом размещалась скромная лавка подержанных книг. Владелец, Тьяго Рузэ, по официальной версии считался вхожим в Общество торговцем, заядлым букинистом, раз в неделю проводил вечер чтения маленького клуба любителей поэзии. Худощавый, среднего роста и средних лет, этот ситуайен представлял собой посредственность в скучном сером костюме, полностью соответствуя виду лавки. Неприметный, спокойный, чуть сутулящийся, всегда разговаривающий негромким голосом. Единственной отличительной чертой его внешности были пронырливые зелёные глаза за стёклами маленьких очков, гордо восседавших на остром носу. И мало кто знал, что Тьяго — тот самый Подстрочник, один из самых изворотливых торговцев чёрного рынка во всем Иннакарте. И, если такое определение применимо к подобному роду деятельности, — самый добропорядочный, то есть он не обманывал партнёров и не связывался с делами, требующими абсолютного отсутствия моральных принципов. Пространства для теневых манёвров, тем не менее, у Подстрочника оставалось предостаточно: он занимался книжными изданиями, живописью, экспонатами, изредка — ювелирными украшениями и металлическими изделиями.
Так уж получилось, что Тьяго принадлежал к числу немногих избранных, знающих, что Бьен — колдунья. Несколько раз он нанимал её, отделяя ей процент от сделок, при которых она тайно присутствовала, отслеживая их Правдивость. Когда Бьен и Рэм решили посвятить себя веритарчерской службе, Подстрочник пообещал консультировать их в некоторых вопросах и по мере необходимости вставать на защиту. И все были довольны, а в особенности мадам Катрина Грандин — Тьяго был давним другом её покойного мужа и пользовался доверием семьи.
В первой половине дня в лавке Подстрочника покупатели (и посетители иного рода) почти никогда не появлялись. Сегодня не стало исключением.
— Здравствуй, Тьяго!
— И тебе доброе утро, — отозвался он, поднимая глаза от маленькой книжки, поправил очки. — Похоже, оно у вас сегодня насыщенное. Присаживайся, ты же не просто так заглянула к старику.
Хотя по возрасту он годился Бьен в отцы, в светлых прядях на голове «старика» не затесалось ни одного седого волоса, а морщины на лице можно было найти только с помощью увеличительного стекла. У Подстрочника было давнее развлечение — провоцировать молодёжь на опровержение его слов. «Посмотрим, кто из вас сделает мне больше Правдивых комплиментов», — приговаривал он.
— Всем бы такую старость, — заметила Бьен, с удовольствием устраиваясь в глубоком кресле.
Она вкратце рассказала Тьяго о мадам Альфир и спросила:
— Что думаешь?
— Я думаю, что она сказала Правду. Свою. Действительно, в Кругах просочился слушок о том, что главарь Тортуозов поймал свою девку на горячем и она в отместку что-то у него украла. То, что она — его жена, впервые слышу.
— Их брак не был скреплён Печатью.
— Следовательно, он не существует. Если Конрад обеспечивал Медею материально и написал с нею бумагу в присутствии свидетелей, ещё не значит, что у него были Правдивые намерения — ведь ребёнок у Альфиров за годы сожительства не появился. Так что, Бьен, советую тебе не торопиться с помощью и тщательно всё обдумать. Кстати, как соберёшься нанести визит ситуайену Лауду, скажи, мне тоже надо с ним побеседовать. Заодно и тебя подстрахую.
— Хорошо. Спасибо, Тьяго. А что насчёт баклажанов? Почему их перевозят контрабандой? Благодаря аксиомантии в наше время нет никаких проблем с поставками даже самых нежных экзотических фруктов. Если мадам Альфир Вправду раздобыла контрабандистские контакты, в них наверняка есть и связь с колдунами. Хоть один из них должен уметь делать Печати Правды. Медее незачем обращаться к нам, но она всё-таки обратилась. С чем это может быть связано?
Подстрочник поставил локти на столешницу и соединил кончики пальцев.
