Капитан Фантом. Том 2 - Поль Анри Феваль
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Сезар проехал мимо последних палаток и вновь свистнул. Алазан, казалось, немного присел, и тут же ветер бешеной гонки растрепал черные волосы всадника. Но это еще не был главный аллюр Алазана, который продолжал высоко держать голову и бежать в свое удовольствие.
Little staff добрался до вершины холма раньше добровольцев, которые заметно отстали, но опередили доктора Кокрила, ласково нахлестывавшего свою клячу в пятистах шагах позади последнего добровольца.
Сезар улыбнулся и, обращаясь к Алазану, сказал:
– Не спеши, дорогой. Если мы сразу разочаруем их, то останемся без приятной компании.
Малый штаб уже спустился на равнину. Сезар прекрасно видел возглавивших гонку майора Клинтона с развевавшимися, словно крылья, бакенбардами, капитана Долхауза, который, словно жокей, склонился над шеей лошади, и великолепного кавалериста старшего прапорщика Брауна, скакавшего на прекрасном чистокровном жеребце.
Сразу за второй цепью холмов прямая дорога по диагонали пересекала равнину и шла до самых скал Гредоса, которые выглядели издалека как скопление облаков. Получалось, что на протяжении шести или семи испанских лье он будет как на ладони у преследователей.
– Господа, – крикнул лейтенант Крэб, который шел на четвертом месте, – я бы не дал за такую гонку и ста гиней, черт меня побери! Я выгляжу неважно, потому что моя мисс Полли медленно входит в раж, но она способна на большее, чем ваш Джозеф-Кинг, он же Король-Жозеф, да, Браун, можете мне поверить! А у кобылы Долхауза уже сносит зад… Живей, Полли, хоп-хоп-хоп!..
– А вот у меня лошадь так лошадь! – отозвался Клинтон, дружески шлепнув свою лошадку по холке. – Ее создал сам Господь Бог. Ставлю пятьдесят фунтов против тридцати, Крэб, что я опережу вас.
– Нет, майор, пятьдесят против пятидесяти… Вы еще не знаете мою Полли.
– Надеюсь, нам не придется стрелять из пистолетов, – вмешался Маккензи. – Этот Томар славный парень, и он часто развлекал нас…
Максвелл шел шестым. Он пришпорил лошадь и воскликнул:
– Вот ведь свалилась на мою голову эта дьявольская игра… Я имею в виду триктрак… Вы слишком хорошо играете, Маккензи, иначе я бы вас обыграл. Черт побери, какая муха укусила его превосходительство?
– А я бы много дал, чтобы узнать, что было написано в том письме… Вперед, Полли, бездельница!
– Быстрее, Король-Жозеф!
– Хоп, хоп, Грей-Худ!
Они уже спустились с холма и летели в густом облаке пыли.
– Мы нагоняем, черт побери, нагоняем! – воскликнул Долхауз.
– Думаете нагоняем? – усомнился майор Клинтон. – Эта бестия Алазан, похоже, не торопится и держит голову так высоко, словно его запрягли в карету в Гайд-парке… Видите, наши вытягивают шеи, а дистанция не сокращается.
Все умолкли. Несколько минут конная группа хранила молчание.
– Нагоняем! – повторил через три минуты Долхауз.
– Мне тоже кажется, что нагоняем, – подтвердил майор Клинтон. – Надо же, чтобы от какого-то животного зависело мое производство в чин подполковника и премия в четыре тысячи фунтов!
– Может, объединим усилия, господа? – спросил благородный Браун, опережавший соперников на два корпуса.
– При условии, что все деньги пойдут на пирушку в Лондоне, – ответил Крэб. – Шампанского на сто тысяч франков, черт меня побери!
– Я отказываюсь, – заявил Клинтон. – Я не люблю шампанское и мне надо жениться. Прошу, господа, в ваших письмах домой сообщить всем, что я завидный жених с четырьмя тысячами фунтов в кармане. Живее, Грей-Худ!
– Догоняем!
– Что-то незаметно.
– Ставлю сто фунтов за то, что мы нагоним его еще до Сьерры! – предложил Браун.
Прямо по курсу показались две колокольни городка Навальморкуэнде.
– Здесь расположились португальцы, – сказал Долхауз. – Неужели он рискнет проехать через город?
– А не разрядить ли нам пистолеты, господа? – предложил Максвелл. – Это привлечет к нам внимание и ему не дадут проехать.
– Я против, – заявил Клинтон. – Наши лошади еще вполне свежие. Если мы так и не догоним его, то сыграем эту шутку в Монбельтране. Живей, Грей-Худ!
– Хоп, хоп, Король-Жозеф!
– Смелее, Полли, капризуля!
Зато Сезар де Шабанель и не думал погонять Алазана, который, не получая никаких команд, бежал в свое удовольствие. До чего приятно было смотреть на его дивный шаг и великолепный аллюр.
Всадник полностью слился со своим конем и старался беречь его от излишних усилий. Если бы little staff имел возможность взглянуть на них вблизи и убедиться в абсолютном спокойствии всадника и коня, то штабные офицеры, скорее всего, отказались бы от преследования.
В тот момент Сезар де Шабанель находился на расстоянии ружейного выстрела от возглавлявших гонку офицеров, которые опережали основную массу добровольцев примерно на четыреста шагов. Доктор Кокрил совсем пропал из виду, и одному Богу было известно, как отнеслась его лошадь к шпорам, которые он впервые в нее вонзил.
На въезде в город португальские часовые штыками перегородили Сезару дорогу.
– Они украдут нашу славу! – воскликнул Браун.
– Главное, что он теперь наш! – сказал Крэбл. – Смелее, Полли!
Сезар с готовностью остановился.
– Курьер главнокомандующего, – сказал он. – Если вы задержите доставку приказов его превосходительства, то будете за это отвечать.
– А кто там скачет за вами? – спросил офицер.
– Вот они и спросят с вас за задержку… Разве вы не узнаете штабных офицеров сэра Артура Уэлсли?
– Держите его! – крикнул Клинтон, уже утративший веру в успех преследования. – Это предатель!
Остальные поддержали майора:
– Держите его!
Сезар протянул руку в их сторону.
– Вы слышите? – властным тоном спросил он. – Они приказывают вам расчистить мне путь!
– Ружья на плечо! – скомандовал португальский офицер. – Храни вас Бог, сеньор курьер!
– И вам всего доброго, сеньор прапорщик!
Двинулся он
