Порочные цели - Мила Кейн
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Может, после прошлой ночи он отступит. Что он там говорил в «Чикади»? Еще одна ночь, и он потеряет интерес. Всего одна ночь, когда я полностью отдамся ему, и он найдет себе новую одержимость.
Конечно, найдет. Парень был ходячим богом секса – красивый, обаятельный хоккеист. А я? Просто я… зажатая, травмированная, полная и неуверенная в себе, сломанная больше, чем можно описать.
Я стояла в полотенце и дрожала от воспоминания о том, как Маркус целовал шрам на моем плече. Дейл толкнул меня на стеклянный кофейный столик, когда мне было восемнадцать, и запретил обращаться к нормальному врачу. Вместо этого отвел к своему приятелю, армейскому ветерану. Тот зашил меня как мог, но шрам остался.
Ты хочешь быть как все? Шрамы прекрасны. Они рассказывают историю. Твою историю... и она чертовски захватывающая, как и ты, именинница.
Как он мог быть таким высокомерным и одержимым, безумным в своих требованиях и неспособным принять отказ, и при этом душераздирающе добрым? Я никогда не встречала никого похожего на него и чувствовала, что больше не встречу.
Пытаясь выбросить мысли о Маркусе из головы, я оделась, тщательно прикрыв тело. Он мог смеяться над моим стремлением выглядеть чопорно и скромно, но только так я могла уравновесить ту абсолютную грязь, что была ночью. Я чувствовала себя обманщицей: днем – строгая преподавательница, а ночью – распущенная женщина, спящая со студентом.
Я поморщилась от этого напоминания. Я не могла так продолжать. Это было неправильно. Оставалось надеяться, что Маркус уже понял это.
Я доехала до университета, припарковалась и направилась прямо в аудиторию, пропустив сегодня преподавательскую. У двери меня ждал долговязый, совсем юный студент с нервным видом.
— Чем могу помочь? — спросила я.
— Мне сказали отдать это Вам, — пролепетал парень, сунув мне в руки бумажный пакет, и практически убежал.
Я заглянула внутрь. На дне лежала продолговатая коробка. Я открыла аудиторию, вошла, бросила сумку на стол и вынула коробку из пакета.
Это был новый телефон последней модели. Я уставилась на него, прежде чем перевернуть в руке. С обратной стороны был приклеен розовый стикер.
Открой меня.
Я вскрыла коробку. Телефон лежал внутри, сияющий и новый, и дразнил меня еще одной запиской на задней панели.
Выбрось старый. Или используй как подпорку для двери. Теперь будешь пользоваться этим. М.
Я отлепила стикер, и экран загорелся. Телефон уже был настроен. Я разблокировала его без пароля и открыла список контактов. В нем был сохранен всего один номер.
Любимый студент.
Я сглотнула тугой ком в горле, сжимая в руках дорогой гаджет. Какого черта? Пока я металась в догадках, на экране всплыло сообщение.
М: Нравится, именинница?
Я быстро ответила.
А: Что это вообще значит? Ты же понимаешь, что я не могу его принять?
М: Он нужен, чтобы звонить, отправлять сообщения и делать фото. Я знаю, что ты старше меня, но смартфоны уже давно не в новинку.
А: Очень смешно. Я не могу оставить его себе.
М: Можешь. И оставишь.
А: Он мне даже не нужен. У меня уже есть телефон.
М: Не тот, что умеет выполнять жизненно важные функции, например, отправлять мне нюдсы и звонить по видеосвязи для секса по телефону.
Я уставилась на экран, не зная, что ответить, пока, наконец, не собралась с мыслями.
А: Во-первых, я не собираюсь делать ничего из вышеперечисленного. Во-вторых, ты сказал, что отстанешь, если мы... ну ты знаешь... прошлой ночью.
М: Во-первых, еще как собираешься. Во-вторых, как ты, блядь, стала профессором, если даже не можешь сказать, что мы трахались прошлой ночью? В-третьих… я никогда не говорил, что отстану.
Сердце забилось быстрее, ладони вспотели. Вот оно. Маркус должен был отступить и признать, что потерял интерес. Любой другой вариант казался невозможным.
А: Тогда что ты сказал?
М: Я сказал, что мы проведем ночь вместе и тогда я подумаю, что мне нужно от тебя, чтобы забыть обо всем…
А: И?
М: И я подумал. Боюсь, выхода нет, Ари. С этого момента ты моя.
Я уставилась на телефон, потрясенная его словами.
М: Мне не нужно твое согласие. Для этого слишком поздно. Я понял прошлой ночью, что ты уже моя, и была моей с момента нашей встречи.
А: Это безумие. Ты не можешь быть
