Апокалипсис 1920 - Артем Рудик
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Нить судьбы вьётся в сомнище вил.
Вьётся дурочка, выбьясь из сил,
Не узнав, с кем он падает ниц.
Не узнав, сколько нужно чернил
На стихи. Он прочтёт пару первых страниц
И слезами наполнит кувшин.
Ты не видишь истинных лиц.
Ты не видишь, сколь хитр тот лис.
И сколь прост он в подобьи мужчин,
Уподобя желание статься простым.
Доставай же скорей чистый лист!
Ludzie
Духи предков взирают пытливо,
Расплавляется время как олово.
Как пришло тебе только в голову,
Что ты станешь когда-то счастливым?
Ты от водки синеешь, как слива,
Иль от курева выхаркнешь пороха.
Ты трясёшься от одного шороха,
И от пули, что в этот раз мимо.
И ты мнишь, что наследник ты Рима,
Иль империй, что были древней,
Но ты сын столь глухих деревень,
Что и гордость становится милой.
Обезьяной рождён "царь зверей"
И рабом городских суеверий.
Ты живёшь на просторах киммерий.
Как умрёшь? Разнесёт суховей.
Towarzysz
Я читал тебе Хлебникова вечером
И вязкой патокой засохло время.
Наше болезненное племя
Лишь только Ладомир подлечивал.
И строки быстрым гомоном неслись.
Родной язык казался прозой покалеченным.
Но, кажется, с ним сделать, в общем, нечего,
Из слов точила мускусная слизь.
Из слов тут возводили замок
И шпиль его ушёл куда-то ввысь.
Мы боремся с осадой душных рамок,
Но почему-то снова им сдались.
И тело исказил узор из ранок,
И в черепе волчица заскреблась.
