Давай останемся врагами - Лана Вейден

Однако я быстро взяла себя в руки — стойко продержалась до конца торжественной линейки, хоть и очень хотелось «случайно» выронить колокольчик ему на голову. Но позже у меня всё же случился срыв, когда мама распечатала фото, на которых Банников с кислой миной нёс меня на плече. Конечно, я тогда в ярости порвала все фотографии и выбросила их в мусорку.

Правда, это не избавило меня от последствий знакомства с Бориным братцем: как выяснилось, многие из моих будущих одноклассников тогда стояли рядом и с любопытством за нами наблюдали. И кличка «Фасоль» приклеилась ко мне с тех пор навечно.

Сейчас я это вспомнила к тому, чтобы пояснить, каким невероятным гадом являлся Банников-старший. И за шесть лет, скажу прямо, он нисколько не изменился.

— Тебе чего? — с недовольным видом спросил этот ужасный тип, на секунду прервав свою занимательную телефонную беседу и уставившись на меня.

— А я… это… к Борису. П-пирог ему п-принесла, — я почему-то покраснела и стала запинаться.

Банников нахмурился, но после колебания всё-таки сказал:

— Ну, давай.

Я протянула пакет. Взяв его двумя пальцами, гад поморщился, словно получил в подарок на день рождения тухлую селедку. А потом резко развернулся, опять зашел в квартиру и захлопнул дверь прямо перед моим носом.

Стало так обидно! В тот момент я будто вновь превратилась в беззащитную первоклассницу. Из глаз брызнули слезы. Размазывая их по лицу, я выбежала на улицу, и в этот момент раздался звонок от Бори:

— Ася, тут, это… мой брат… ты, это… в общем, не обращай на него внимания, хорошо? Возвращайся, чаю попьем!

Ха, легко сказать — «возвращайся и не обращай внимания»! Но трудно сделать.

Вернуться и предстать перед Борей (а особенно — перед его противным братцем) с зареванным лицом я никак не могла, а потому соврала, что спешу: дома меня ждут неотложные дела.

Конечно, после того случая стоило насторожиться — ну разве может быть в такой семейке хоть кто-то нормальный? Однако я не насторожилась, за что спустя время и поплатилась сполна.