Классовая борьба - Сергей Чекмаев

- Глупости. Что они, разумные, по-Вашему? Это только в кино самец касатки мстит за свою убитую любовь. Вы, наверное, этого фильма даже и не помните. Впрочем, ладно, я не об этом. Как Вы думаете, что будут делать полевые мыши, когда тракторист перепашет их норку и завалит, как Вы выражаетесь, "детенышей", а? Бросятся на громыхающий и лязгающий гусеницами трактор? Думаю, нет. Думаю, они будут без оглядки бежать оттуда. А здесь... - он показал рукой, - здесь думаю было так. Игуанодонт по каким-то причинам умер. Сам. Больной был, голодный, ну или тираннозавр какой-нибудь его погрыз, но не до конца, сумел от него бедняга убежать. Шел, истекал кровью, а потом упал и умер. Тут-то наши маленькие "защитники детенышей" до него и добрались. Как же такой кус упускать. Прибежали, начали есть. А уж как дальше случилось, гадать можно долго. То ли обвал произошел и их завалило, то ли еще что... Понятно?

- Понятно! - хором загудели работники раскопа четыре.

- А Вам, Таня?

- Понятно, Олег Андреич!

- Хорошо. Ну, вы работайте тут аккуратненько, очищайте, а я пока насчет грузовика распоряжусь.

Олег Андреевич Ремизов, профессор кафедры палеонтологии геофака МГУ, член-корреспондент Палеонтологического института РАН брел по раскопу, рассеяно отвечая на приветствия, и думал, почему же скелеты грызунов вокруг игуанодонта лежат так, будто в момент, когда маленькие хищники грызли его, он стоял на своих ногах и, судя по раздавленным скелетам внизу, действительно отбивался?