Цвет сверхдержавы - красный 3 Восхождение. часть 1 - Симонов Сергей

Среди ночи неизвестная подводная лодка торпедировала стоявший у пирса линейный крейсер «Явуз Султан Селим», бывший «Гёбен». Турки пытались срочно его подремонтировать и использовать для артиллерийской поддержки своих войск в Греции. Крейсер серьёзных повреждений механизмов не получил, но пробоина вышла изрядная. Из-за бестолковых действий временного экипажа при организации борьбы за живучесть корабль накренился и лёг на дно прямо у пирса.

Под прикрытием авиации с греческих островов и с советских авианосцев в Эгейском море, линкор «Октябрьская Революция» с крейсерами и эсминцами охранения ночью прошёл через Дарданеллы и вошёл в Мраморное море. Утром 13 сентября он был возле Стамбула. С севера к городу одновременно подошёл линкор «Севастополь» и крейсеры Черноморского флота. К вечеру 13 сентября западный Стамбул был взят греческой армией «при поддержке интербригад союзников». Остатки турецких войск в жуткой панике бежали, переправляясь через Босфор на рыбачьих лодках и прогулочных судёнышках.

Оба линкора начали обстреливать восточный берег, отсекая турецкие войска от города. Тем временем советские сапёры навели через Босфор понтонный мост, по которому греческие войска и поддерживающие их интербригады переправились на восточный берег пролива, и продолжили наступление. Бои за восточный Стамбул продолжались несколько дней, линкоры в них больше участия не принимали. «Севастополь» пока оставался на позиции близ Стамбула, а «Октябрьская Революция» вернулась к патрулированию южных рубежей Эгейского моря.

В азиатской части Турции греческие войска, воодушевившись победой на родине, перешли в наступление с Измирского плацдарма и погнали полностью деморализованную турецкую армию на восток, где её уже встречали перегруппировавшиеся, отдохнувшие и «отожранные» курдские партизаны Мустафы Барзани. Греки заняли всё западное побережье азиатской Турции от залива Кос, до Дарданелл.

На Кипре турецкий десант, после взрыва танкеров и корабля с боеприпасами в порту Мерсин, остался без топлива и без патронов. Боевые действия на острове шли ещё два дня, до 14 сентября. Затем, по мере израсходования боекомплекта и бензина, турки начали сдаваться. К 16 сентября Кипр был полностью в руках греческого экспедиционного корпуса. Турецкие эсминцы пытались обстреливать побережье, но в пролив Адана между Турцией и Кипром вошёл крейсер «Александр Невский» с эсминцами охранения, и всех выгнал.

Как и предполагал Хрущёв, дезориентированные американцы вмешались лишь 14 сентября. Позднее в своих мемуарах Эйзенхауэр признался: «Я никак не ожидал от греков такой скорости и натиска — они за два дня фактически разгромили турецкую армию и взяли Стамбул». Сыграла роль и разница во времени, и потеря связи, приведшая к отсутствию точной информации, но главным сдерживающим фактором стали опасения перед возможным ответным ударом.

Паническое отступление турок удалось прекратить только после вмешательства расквартированных в Турции американских войск. Поначалу американцы получили приказ президента не вмешиваться в греко-турецкий конфликт, и лишь когда греческие танки, поддерживаемые интербригадами, форсировали Босфор и двинулись вглубь азиатской части Турции, американские части вышли из мест дислокации и заняли позиции на подступах к Анкаре, вкопав танки в землю. Американские самолёты-разведчики с 14 сентября ежедневно облетали порядки наступающих греческих войск, но американская авиация в целом в бои не ввязывалась. Тем более, что над греческими частями плотным «зонтиком» висели МиГи с греческими опознавательными.

Но к этому времени греческая армия и интербригады, переправившиеся через Босфор и Дарданеллы, контролировали едва ли не четверть азиатской Турции. Пользуясь паникой в рядах турецких войск, и постоянным давлением на турков с востока курдских отрядов «пешмерга», греки наступали, практически не встречая сопротивления. Они остановились, не доходя сотни километров до Анкары.

Король Греции выступил по телевидению и радио с заявлением. Он поздравил нацию с восстановлением исторической справедливости и возвращением «исконно греческой земли на побережье Малой Азии». Он также поблагодарил «друзей Греции — за их неоценимую помощь, и союзников Греции — за то, что не мешали».

По телевидению также постоянно показывали репортажи из греческих городов, освобождённых от турецких оккупантов. Везде были обнаружены свежие массовые захоронения жертв погромов среди мирного населения. Большую часть погибших составляли женщины и дети.

Король Павел и премьер-министр Караманлис от лица греческого народа представили все доказательства геноцида в Международный Суд ООН. Даже скользкие как угри европейские дипломаты были повергнуты в шок, увидев фотографии длинных рвов, наполненных трупами женщин и детей, едва присыпанными землёй.

Утром 16 сентября, когда ещё вовсю шли военные действия в азиатской Турции, Святейший Архиепископ Константинополя — Нового Рима и Вселенский Патриарх Афинагор (он же — Аристокл Спиру, титул официальный, занимал пост патриарха с 27 января 1949 по 7 июля 1972) заново освятил собор Святой Софии и провёл в нём торжественный благодарственный молебен «за ниспослание победы христианскому оружию». После молебна патриарх зачитал Указ короля Павла о возвращении Стамбулу исторического названия Константинополь. Измиру было возвращено наименование Смирна, прочие города в этой части Турции тоже получили обратно свои исторические греческие названия.

Фактически, Греция вернула себе территории, захваченные турками в период с 1453 по 1922 год. Король объявил их 14-м и 15-м административными округами, получившими наименование «Румелия» со столицей в Константинополе, и «Анатолия», со столицей в Смирне. (Названия по https://ru.wikipedia.org/wiki/Малая_Азия)

Курды под шумок тоже решили, что пора действовать. То ли Мустафе Барзани кто-то намекнул, то ли он сам решил «ковать железо, не отходя от кассы». Так или иначе, в тот же день 16 сентября, Мустафа Барзани провозгласил образование на территории контролируемых им районов восточной Турции Народной Республики Курдистан. Помимо турецкой территории, в неё вошли несколько северных районов Ирака — это была оговорённая с генералом Касемом плата курдам за поддержку иракской революции. Само собой, нефтеносные районы вокруг Мосула и Киркука остались за Ираком. От Турции остался «огрызок» площадью чуть более трети от её августовской территории.

Первой страной, признавшей НРК, стал Ирак. Затем её признали Сирия, Иран, Саудовская Аравия, Египет, и Албания. 20 сентября о дипломатическом признании НРК объявил Советский Союз и другие члены ВЭС.

(Границы этнического распространения курдов в наложении на карту Турции, Ирака, Ирана и Сирии https://ru.wikipedia.org/wiki/Файл:Kurdish-inhabited_area_by_CIA_%281992%29.jpg)

Но ещё важнее было другое.

Король хорошо понимал, что без советской помощи ему ни за что не удержать завоёванную турецкую территорию. Хотя Турция терпела одно поражение за другим, зажатая с запада греческими войсками, с востока — развернувшими гражданскую войну курдами Барзани, с юга — Сирией, отнюдь не забывшей прошлогоднее военно-политическое давление и угрозы Турции, в одиночку Греция так или иначе проиграла бы войну, как это уже случилось в 1922 году, и была бы вынуждена оставить всё, завоёванное греческими войсками.

Более того, помощь — помощью, а за аренду предоставленного по ленд-лизу вооружения предстояло расплачиваться. При том, что Греция уже попала в сложное финансовое положение. Почти треть страны после турецкого вторжения лежала в руинах.

И король Павел расплатился по-королевски. В знак признательности за помощь при спасении греческого населения и государства, а также в уплату за ленд-лиз и аренду флота, он передал под контроль СССР занятые греческой армией и интербригадами проливы Босфор и Дарданеллы.

Официально проливы были объявлены «зоной свободного торгового судоходства с безусловным соблюдением положений Конвенции Монтрё», но, подобно зоне Панамского канала, которую контролируют войска США, зона проливов была передана под охрану Советскому Союзу. Сборы за проход судов по проливам делили между собой СССР и Греция. Они же выступали как «гаранты свободы судоходства и морской торговли».

По приглашению короля Греции советская морская пехота высадилась в проливах и взяла их под контроль. Конвенция Монтрё продолжала действовать, только собственник недвижимости сменился.

Спасательная служба Черноморского флота по просьбе греческой стороны подняла затопленный у причальной стенки линейный крейсер «Явуз Султан Селим», бывший «Гёбен». Греция нуждалась в помощи для восстановления городов, пострадавших в ходе военных действий. Корабль был передан ГДР по цене металлолома, в счёт оплаты за строительную технику, поставлявшуюся из Восточной Германии. Использовать его по назначению было уже нецелесообразно. По решению Вильгельма Пика, крейсер был отремонтирован и превращён в музей.