Пойдем в кино? - Анатолий Алексин

Андрей. Она и не получила.

Людмила Васильевна. Не пойму… Ты же сказал: по назначению!

Андрей. Именно так… Я Клаве Филимоновой передал.

Людмила Васильевна. Почему?

Андрей (медленно и внятно). Потому что я еще раз понял сегодня… Второй раз понял одно и то же!

Людмила Васильевна. Что ты понял?

Андрей. Что любить надо только того человека, который достоин любви. А радость дарить тому, кто нуждается в радости!

Людмила Васильевна. Но ведь ты не можешь это решать за Володю?

Андрей. И он тоже не может это сегодня решить… за себя.

Людмила Васильевна (тихо). Тут не поспоришь. (После паузы.) А Клава, значит, достойна?

Андрей. Она тридцать лет… его одного… Тридцать лет! В два раза больше, чем я живу. Представляешь? (После паузы.) Георгий Степанович, знаешь, что мне сказал в то утро… ну, когда надо мной посмеялись?

Людмила Васильевна. Что он сказал?

Андрей. Вспомнил слова поэта. Я их записал даже: «Подлинно только счастье, отнятое у страданий».

Людмила Васильевна (задумчиво). Не только. Но отобрать у страданий счастье — это должен сделать каждый… Кто может, конечно.

Андрей. Вот я и сделал. (Ставит том энциклопедии на нужное место в шкафу.)

Людмила Васильевна (с грустной иронией). А Верочка думает, что в этом могут помочь мед… или валерьяновый корень…

Комната Клавы Филимоновой. Повсюду — первые мартовские мимозы. Новая скатерть. Новые занавески. И хозяйка дома как-то преобразилась. Включает свой любимый проигрыватель. Но в комнату врываются не привычные звуки классической музыки, а победный марш сорок пятого года. Он заполняет собой всю комнату и весь зрительный зал. Клава смотрит на Володин портрет. А потом на дверь, словно кто-то должен войти…

Занавес