Ненужная королева обречённого дракона - Юлий Люцифер

Юлий Люцифер

Ненужная королева обречённого дракона

Глава 1. Бал, где меня вычеркнули

Белое платье было чужим.

Элина поняла это ещё утром, когда горничная затягивала на её спине шнуровку и неловко отводила глаза. Платье сидело почти безупречно, только под левой лопаткой ткань тянула чуть сильнее, а у подола оставался едва заметный след прежней вышивки — золотые листья, споротые слишком поспешно. Их место заняли мелкие жемчужины, пришитые редкой рукой, без любви к работе.

Это было платье Лиоры.

Сначала — Лиоры.

Потом — переделанное для Элины.

В доме Рэйс умели превращать чужие остатки в подарок и ждать благодарности.

— Не сутулься, — сказала Селеста, стоя у зеркала с серебряной чашечкой в руке. — Сегодня на тебя будут смотреть. Постарайся хотя бы не выглядеть виноватой.

Элина подняла подбородок.

В зеркале отразилась девушка в белом: тонкая шея, тёмно-русые волосы, убранные в низкий узел, серые глаза, слишком внимательные для того лица, которому полагалось быть мягким и послушным. Украшений ей почти не дали. Только жемчужные серьги покойной тётки и тонкую цепочку на запястье — не фамильную, нет. Фамильные драгоценности ждали настоящую невесту рода.

Сегодня, как говорили весь месяц, настоящей невестой должна была стать она.

Элина держалась за эту мысль осторожно, как держат чашу с кипятком. Дамиан Велран должен был объявить их помолвку перед двором. Не просто договор между двумя родами, не сухую запись в книге, не подпись отца под брачным листом, а помолвку — вслух, при свидетелях, под светом семи огней.

После этого уже никто не смог бы назвать её лишней.

Не при всех.

Не после того, как наследник золотых драконов возьмёт её за руку.

— Я постараюсь, — ответила Элина.

Селеста улыбнулась. У неё была красивая улыбка, из тех, что не портили лицо ни гневом, ни усталостью. Так улыбаются женщины на портретах, когда художник просит их думать о милосердии.

— Постараться мало, милая. Ты должна быть благодарной.

— За что именно? — спросила Элина тише, чем хотела.

Горничная уронила шпильку.

Селеста повернулась не сразу. Сначала поставила чашечку на туалетный столик, пригладила пальцем край перчатки, поправила рубиновую брошь у горла. Только потом посмотрела на Элину.

— За то, что твой отец не отказался от этого брака, хотя у него были причины.

У Элины пересохли губы.

— Какие причины?

— Не задавай вопросов, ответы на которые не украсят вечер.

Она подошла ближе и коснулась двумя пальцами плеча Элины — легко, почти ласково. Пальцы были холодными.

— Ты ведь понимаешь, дорогая, как тебе повезло? Девушка без выраженного дара, без приданого, без заметного положения при дворе получает Велрана. Наследника. Дракона. Красивого молодого мужчину, к тому же воспитанного настолько, что он никогда не скажет тебе всей правды в лицо.

Элина смотрела на отражение мачехи и пыталась не моргнуть. Если моргнуть, глаза защиплет сильнее. Если глаза защиплет, Селеста победит ещё до бала.

— Дамиан сам согласился, — произнесла она.

— Дамиан согласился с волей семьи. Мужчины благородных родов часто так делают. Не путай долг с чувствами.

Дверь открылась без стука.

Лиора вошла в комнату так, будто эта комната принадлежала ей: легко, с едва слышным шелестом алого шёлка, с золотыми нитями в волосах и живым румянцем на щеках. На ней было новое платье — настоящее, не переделанное. Цвет спелого граната, глубокий, тёплый, смелый. Вырез у горла украшали мелкие огненные камни. Они вспыхивали, когда Лиора двигалась, и казалось, будто ткань хранит внутри маленькие закаты.

— О, — сказала она, останавливаясь за спиной Элины. — Всё-таки тебе оставили белое.

Элина не ответила.

— Оно тебе идёт, — добавила Лиора и наклонила голову. — Почти.

Селеста мягко вздохнула:

— Лиора, не начинай.

— Я же сказала приятное.

— Ты сказала лишнее.

Лиора состроила виноватое лицо и тут же улыбнулась, встретившись с Элиной глазами в зеркале.

Они были почти ровесницами, но никогда не были сёстрами. Лиора появилась в доме вместе с Селестой, когда Элине было девять. Её волосы тогда были заплетены в две ленты, она принесла с собой куклу с фарфоровым лицом и в первый же день спросила:

— А почему у тебя нет мамы?

Элина не знала, что ответить.

Потом Лиора выросла красивой. Такой красотой, которую замечают прежде слов. Её всегда сажали ближе к гостям, учили танцам дольше, хвалили громче, прощали быстрее. Если она разбивала чашку, это называли живостью. Если Элина тихо стояла в стороне, это называли холодностью.

Сегодня Лиора сияла особенно ярко.

— Дамиан уже приехал, — сказала она. — Я видела его в нижней галерее.

Пальцы Элины невольно сжались на складке платья.

Лиора заметила.

— Волнуешься?

— Да.

— Не дрожи. Мужчинам не нравится, когда невеста выглядит так, будто её ведут на казнь.

Селеста взяла со стола тонкий браслет из белого золота и застегнула его на запястье Элины.

— Достаточно. Обе.

Браслет был лёгким, но кожа под ним сразу стала чужой. Элина опустила взгляд. На внутренней стороне металла был выгравирован родовой знак Рэйсов: раскрытая книга и тонкая ветвь боярышника.

Селеста застегнула замок до щелчка.

— Вот так. Теперь можно идти.

— Отец ждёт? — спросила Элина.

— Лорд Рэйс ждёт достойного поведения, — поправила мачеха.

Не “твой отец”.

Лорд Рэйс.

Сегодня даже слова выстроились против неё заранее.

Бал в честь зимнего совета проходил в Большой зале императорского дворца. У высоких окон горели синие свечи, в хрустальных чашах плавали лепестки белых роз, над колоннами медленно вращались семь огненных кругов — знаки главных драконьих родов. Золотой, ледяной, грозовой, алый, серебряный, зелёный и пустой чёрный круг.

Пепельный.

Его не зажигали уже семь лет, но место оставляли. Не из уважения. Скорее как предупреждение: даже великий род может исчезнуть, если предаст императора.

Элина старалась не смотреть туда.

Севериан Рэйс встретил её у входа в зал. Высокий, сухой, безукоризненный, с сединой у висков и лицом, на котором всякая нежность выглядела бы ошибкой портного. Он окинул дочь взглядом сверху вниз.

— Приемлемо, — сказал он.

Элина почувствовала, как это слово встало между ними на место объятия.

— Благодарю, отец.

— Сегодня тебе нужно только одно: молчать, улыбаться и не мешать Дамиану.

— Я понимаю.

— Нет, Элина. Ты часто думаешь, что понимаешь, а потом задаёшь лишние вопросы. Сегодня этого не будет.

Она посмотрела на него снизу вверх. Вокруг текли гости: дамы в мехах, мужчины с родовыми цепями на груди, молодые маги, старые советники, драконы в человеческом облике — у них всегда была особая неподвижность плеч, будто даже под кожей